… Своими блестящими победами на любовном фронте я уже давно не хвалюсь, между прочим… Год уже почти. Да и нескромно это как-то. Поверьте, вызывая у своих друзей и знакомых едкую зависть в этом плане, невольно замечаешь, что репутация непревзойдённого сердцееда многих из них озлобляет. Тем не менее, я скромно пытаюсь делиться навыками ведения охоты, предлагая для выводов некоторые наблюдения, даю рекомендации и инструкции. И это нужно.

… Как-то я стал свидетелем неловкой сцены в поезде.
Нас в купе было шесть штук.
Я, парень 25-ти лет по имени Витя, милая девушка, и семейная пара с маленьким ребёнком, который объелся круасанами и вредничал по этому поводу.
Было жарко и душно. Все снисходительно старались соблюдать территорию, понимающе относясь к обстановке.
Семейная пара ехала уже давно, и на правах аборигенов занимала в купе бОльшую площадь.
Девушка вошла последней и мы всей толпой как могли создавали ей уют, потому что она всё время извинялась, и не знала, куда ей себя деть, видимо считая нас всех одной дружной семьёй.
Витя, как по всему было видно, был из категории тех парней, которые ежесекундно влюбляются и очень стыдятся этого (ну, что-то типа меня). Нет, он был хорошо воспитан и опрятен, но всё же заметно слегка зарделся при виде красивой незнакомки, и я, усмехнувшись про себя, стал наблюдать за парнем украдкой, полностью предоставив девушку ему на растерзание.
… На верхней багажной полке семейная пара помимо кучи сумок и скрученных матрасов приспособила увесистую коробку с набором фирменных гаечных ключей “Gross” – голубую мечту любого автослесаря, и с этой коробки папаша ребёнка не сводил влюблённых глаз.
Поезд тронулся, и мы поплыли в качающемся душном мареве, обливаясь пОтом.
Но, в тесноте, да не в обиде, как говорится. Всё чинно и благородно.
Витя косился украдкой на девушку, застенчиво изучая её прелести, всякий раз пылко обмирая от ужаса, что она заметит это, а она устало раскладывала свой небольшой багаж – рюкзак и косметичку, размером с мой чемодан. Потом она целомудренно отвернулась от нас, и сняла, тварь, кофточку, обнаружив под ней бледно-зелёную узкую футболку, превосходно обтягивающую тугую красивую грудь. Мы все (три мужика) на секунду оглохли, потеряв дар речи, и это было действительно потрясающе, когда у тебя перед носом снимают кофточки, а неопытный Витя не успел вовремя отвести взгляд, и, застигнутый девушкой врасплох, покраснел, как пожарная машина, готовый провалиться сквозь рельсы от стыда.
Обстановку разрядила женщина, взяв ребёнка на коленки:
— Вот мы и пое-ехали… Вот мы и пое-ехали…,– негромко пропела она малышу на ушко, скача коленками в такт песенки,– мы едем-едем-едем… В далёкие края…
Я с “папашей” мудро переключился на ребёнка, и Витя свободно выдохнул, переведя дух. Всё встало на свои места и устаканилось. И тут эта девушка, не сбавляя темпа, вероломно сняла спортивные свободные брючки, под которыми были лёгкие пижамные шортики… Ну, сволочь, одним словом…
… Мы с папашей, отлично охватывая обзор боковым зрением, беззвучно сглотнули, и мудро не шелохнулись с застывшими улыбками на рожах, адресованными ребёнку, что было зафиксировано женщиной утвердительно и, видимо, пошло папаше в зачёт.

Дурак-Витя же сглотнул слишком громко, и задохнулся, становясь красным, как говяжья печень.
Девушка достойно оценила наведённый ею фурор и, потеряв бдительность, тут же расслабилась, допустив непростительную ошибку.
Что бы сгладить обстановку, она победоносно встряхнула прекрасными рыжими волосами, и нанесла, как она считала, последний удар.
Улыбнувшись пунцовому Вите, она попросила вежливо:
— Молодой человек, помогите мне, пожалуйста, достать матрас.
За что тут же и поплатилась…
… Витя вскочил, как пожарная лошадь по тревоге, всклокоченный и задыхающийся, громко стукнувшись головой о верхнюю полку. Хрипло сглатывая и что-то бормоча, он, наступив девушке на ногу, полез за матрасом, ничего не видя и не слыша, и когда девушка в испуге села, что бы дать ему простор для действий, Витя спихнул локтём коробку с набором фирменных гаечных ключей “Gross” девушке на голову, после чего уронил раскутившийся в воздухе матрас, который накрыл девушку вместе с коробкой и смахнул со столика на ножки красавицы горячий чай…
“Бдыщ!” – мелодично грохнула коробка по прелестной головке, и тяжело грохнулась на пол.
Мы с папашей кинулись на помощь, пока женщина разумно отодвинулась с ребёнком подальше в угол, и раскопали оглушённую, ничего непонимающую девушку, и усадили её.
Зажмуриваясь от страха и болезненно потирая ушибленную макушку, бедная красавица тоненько и тихо пропела: “Ую-ю-ю-ю-юу-уй!..”, — оттягивая мокрые штанишки от ног.
Все были напуганы и потрясены, и Витя ни нашёл ни чего лучшего, чем спросить несчастную:
— Больно?
… После секундной паузы мы уже все знали, что девушка эта ни какая там ни воспитанная скромница и умница, а агрессивная вздорная фурия с завидным арсеналом грязных и мерзких выражений.

… Ехать предстояло ещё полдня, и в купе было тихо, как в сейфе, и только бедный Витя задумчиво грыз ноготь, и бледно смотрел в окно, в бескрайнюю сонную степь…

Вот вам и вывод, товарищи: держитесь подальше от дураков.