…– Доиграется она у меня, ей-богу… Точно доиграется! Напишу заявление участковому, потом посмотрим…
На лавочке собрался весь местный конгресс – баба Клава, Вероника Сергеевна, тётка Ганна и две сестры – Наталья и Анна Степановны.
–… С утра как оглашенная – прыг-прыг, прыг-прыг!.. Совести нету совсем. Тренажёр купила, ненормальная… Я спать ложуся – она на тренажёре дрынь-дрынь, дрынь-дрынь!..
Обсуждают новую соседку с третьего этажа.
…– Приехала уже год как, а чтобы по-людски с людями посидеть – брезговает, смотри на неё…
…– Вчера бежит вечером, шо антилопа… Топ-топ! Топ-топ!.. Я с почты иду, она навстречу несётся, як конь… Стыдобища…
Тётки качают головами, и Вероника Сергеевна продолжает:
— Бежит вся потная, майка мокрая… Срам один!.. Видать из далека бежит… И чего бежит? Бог её знает… “Спортсменка”, тит её нехай… Женщине уже шестой десяток, всё бегает, как ненормальная, не набегается…
…– В подъезде встретила её вчера, говорю – “Как вам не стыдно своим тренажёром с утра пораньше греметь-то?” Смеётся!.. ” Десять часов уже”,– говорит. Я ей немного пожурила по простому – обижается. “Шалава старая”,– говорит.
Бабки замерли и переглянулись испуганно…
— Та ты шо?
…– Да. Я ей говорю, что ж ты как шалава по вечерам носисся в одном трике, а она мне – “Сами вы шалава старая!”…
— Вот же ж!.. А ты чё?
…– И какая я ей старая?..
— Какая старая?
…–… мы с ней и ровесницы, небось… Доиграется, точно напишу…
— Совести совсем у людей нету, вот и весь мой сказ!,– баба Клава губы поджимает оскорблённо, колени оглаживает.
…– С утра пораньше прыг-да-скок, прыг-да-скок… Ей-богу… Я с балкона-то всё вижу… Прыг-да-скок, сиськами своими бряк-да-бряк… Психичка…
Из-за угла бесшумно выбегает “ненормальная”.
Бежит лёгкой трусцой, почти идёт, руками помахивая.
Пробегая мимо лавочки, кивает, здороваясь громко:
— Вечер добрый!,– наушники в ушах.
— Добрый-добрый!,– складным хором отвечает компания, провожает бегунью взглядом до самого конца дома.
…– Понеслась, кобылка… И куда бежит?.. Сдурела совсем…
…– Ей-богу, напишу…