Курицы разбитых фонарей. - Алик Гасанов

Курицы разбитых фонарей.

images-1

Старший опер майор Серж.

В тырнет (будь он трижды проклят!) я захожу на час, не более. Бывает, что и три, и четыре раза в день. И вот захожу я такой, а у меня писем, как у дурака махорки. Целый мешок. И сижу я такой с этим мешком, марки облизываю до поноса, уже смотреть на их не могу. Решил немного марафет навести, рассортировать.Некоторые письма (самое большое количество) я бы назвал “хрень свинячая”, но куда же от них деваться? Это письма с комментариями в один смайлик. С одной стороны это конечно бесит иногда. Особенно когда комп глючит, пять минут комментарий открывается, а там оказыца смайлик. А я, как человек глубоко порядочный, не могу не реагировать на сообщения типа “Люся из Тулузы написала вам личное сообщение”, и я, как дурак набитый, начинаю рыться в мешке, волнуясь. Шо ей надо от меня, интересно? Люсе-то? Может какие-то сведения её интересуют? Или какая-то конструктивная критика?… А комп-сволочь виснет и виснет, виснет и виснет, и комментарий Люсин наконец-то… начинает уже… почти… что… сука такая!.. От… Кры… Ва… Тьььь… Сььььь… Я…
И тут выясняется, что это смайлик, типа – “Во!”…
И сидишь ты такой, наблюдая, как комп теперь начинает… судя по вертящейся стрелочке… уже… начнёт сейчас… вот же сука… Закры… Ватьььь… Сььььь… Я… Шоб он сгорел, тварь, вместе с Люсей и Тулузой.
И поэтому, господа, я дал себе сегодня клятву – в первую очередь пишу то, об чём наболело, а потом только просматриваю почту, топтать Тулузу.
А наболело, господа, вот чё.
Дёрнул меня чёрт по википедиям шляться. Какую-то хрень искал я, помню. И нарвался я какого-то чёрта на сериал “След”. Нашинский сериал про милициев помните? Уже несколько лет крутят. И опять чёрт меня дёрнул за то же самое место, и я прочитал зачем-то, что данный сериал “… признан лучшим сериалом…” за 2009, 2014,2015 и ещё какой-то там год!!.. Представляете?
Лучший! Сериал! Года!
Дело в том, что я иногда просматривал пару минут этого сериала, чтобы решить проблемы с мочеиспусканием. Знаете, бывает такое – надо сходить в туалет, а не хочешь. Вот надо, и всё! А не хочешь, хоть полчаса тужься. И я такой брал пульт, находил сериал (его каждый день, помню, крутили!) и просматривал пару минут, и сразу помогало, и я в туалет бежал, уссыкаясь на ходу. Полный унитаз с гарантией! До краёв.
Потому, что смотреть на это без смеха было не возможно.
Создатели фильма постарались на славу.
Контраст того, что видишь и слышишь, держит в постоянном напряжении, доводя до истерического смеха.
Например: “… Длинный сумрачный коридор подвала… Где-то в темноте капает вода… Эхо шагов и дыхания… Одна из героинь – полковница (!) Ольга Кокосова, в узком вечернем платье и на лабутенах, крадётся по коридору, держа перед собой пистолет обеими руками… Впереди её изредка мелькает огромная спинища негодяя, только что совершившего зловещее преступление (оторваться не возможно!). Полковница Ольга Кокосова, утомлённая бегом (она за этим бугаём пол серии бежала сначала по крышам, потом через дождь и парк, потом по длинному лабиринту канализации с крысами, и теперь вот по пыльному подвалу) притаившись в полуметре от негодяя, достаёт вдруг хрен знает откуда здоровенную ментовскую рацию, и шепчет в неё:
— Павел… Срочно эвакуируй Московскую область… Как понял, Паш?.. Приём…
Рация шепчет в ответ:
— Ольга… Как ты там?..
— Да тут полный пипец…,– шепчет полковница,– Прав был Андрей… У этой сволочи действительно большие планы…
— А чё там, Оля?.. Ну, в двух словах?..
— Да тут полный пипец, Паш…,– шепчет Оля, наблюдая, как бугай заводит механизм атомной бомбы.
На всех бомбах в сериале зачем-то всегда зловещий таймер отсчитывает секунды. В некоторый сериях я даже встречал, что одновременно с убывающими цифрами, негодяйским женским голосом проговаривают злорадно:
— До взрыва осталось две минуты и семь секунд!.. Повторяю, до взрыва, который унесёт щичас тысячи невинных жизней осталось две минуты и пять секунд…
И тут Оля случайно наступает шпилькой на стёклышко, и оно предательски хрустит, и бугай резко оглядывается и вскакивает. У бугая рожа такая, что меня передёргивает: Обязательный шрам на роже, гнилые зубы, и улыбка такая, будто ему разрешили меня скушать.
Оля принимает бойцовскую стойку, сжимая идеальный акрил в кулачки.
Бугай плотоядно улыбается:
— Во… Да у нас тут гости понаехали…
Оля в прыжке наносит удар лабутеном негодяю в челюсть, но тот лишь морщится, оттирает скулу, на губе кровь:
— Это и всё что ты можешь? Ха..
И опять смотрит, как ворона на улитку.
Оля опять прыгает, делает сальто, отталкивается от стены, и наносит неплохой лоу-кик.

— Ха-ха…,– хрипло скалится бугай, опять утирая скулу.
… Поединок длится минут пять.
Мастерски уходя от ударов, полковница Ольга Кокосова показывает пару десятков приёмов, после каждого из которых она то отвечает на вопросы из рации, то парирует остроумие негодяя:
…– Кия-а-а-!..,– сделав в прыжке поперечный шпагат, полковница провела солидный маваши-гери, и негодяй пробил своей спиной стену, зловеще захохотав из темноты:
…– Ну всё… Полицейка… Некогда мне с тобой тут… Возиться…
И выпрыгивает из темноты с ножом потрясающим своими размерами. (Все ножи у негодяев в фильме  обязательно с пилой,  и длиной почти в полметра).
Тут автор, видимо вспомнив, что у Оли есть и пекаль, рожает наконец развязку. У Оли в руках появляется бельгийский револьвер (!) и она мастерским выстрелом выбивает у бугая ножик, и с криком “Стоять!”, укладывает негодяя мордой в пыль, и упирает ему дуло в затылок, а лабутен в спину, и одновременно разговаривает по рации:
— Андрюш, ну как там эвакуация?..

Майор Андрюша опять оправдывается виновато:
— Да тут полный пипец, Оль… А у тебя как?…
И бугай брыкается, сука, но Олю хрен проведёшь. Небольшой приёмчик, и тот вновь корчится от боли:

— Всё!.. Всё!.. Завязывай, начальник!..
… Тут к подвалу на чёрном гелендвагене подъезжает майор спецназа Сергей.
Именно на этом месте у меня нервный смех почему-то сменяется злорадной издёвкой.
Майор спецназа мало того, что с хвостиком и серьгой в ухе, так и ещё обтянут в кожаные штанишки! Татуировка на шее, маникюр, кожаные шипастые браслеты вводят меня в такой ступор, что я замираю с открытым ртом. Словно только что вернувшись из ночного клуба в Орландо, выполнив секретное задание сквозь чьи-то гланды, майор полиции, заместитель Начальника ФЭС (Оля у нас начальник Федеральной экспертной службы, а Серёга – её зам.) и вот майор Серж спокойно выходит из своего “джипарика”:
— Чё там, Оль? Всё нормально?..
А полковница Оля скрутила бугаю руку, и грубо тащит его перед собой.
Бугай обречённо скалится:
— Я вам это припомню, сык-ка…
— Припомнишь, припомнишь…,– выйдя с другой стороны “джипа” гениальный программист Женя отвешивает бугаю пендаль под зад.
Программист Женя тоже вводит меня в недоумение.
На фоне брутального майора Серёги, этот – явный “пассив”.
Костлявые локти, ободок собрал волосы на голове, как у моей покойной бабушки. Диалоги Серёги и Жени изнуряют своим содержанием. Полицмейстеры беседуют всё время, бесконечно упражняясь в красноречии. Что-то из серии батыл-камеди-клаб. Эдакие два кекуса не могут друг другу уступить, ежесекундно парируя красноречием, и затягивая любой невинный диалог до тошного словоблудия.
— Ты уже был на месте преступления?,– например, спрашивает майор Серж.
— А как ты думаешь,– отвечает сотрудник Евгений,– откуда я сейчас приехал?
— Ну, не знаю, может ты по средам предпочитаешь посетить ночной клуб, а не заниматься своими функциональными обязанностями?,– рядом с майором все мягко хихикают, и поэтому зритель должен понять, что это была  шутка.
— Нет,–  специалист-криминалист Евгений за словом в карман не полезет,–  Я знаю, что в плане криминалистики я ещё на что-то пригожусь тут, а в ночном клубе я буду только после того, как “откатаю пальчики” у трупа, и не раньше…
И этот бред может длиться пол серии!
Автор мастерски вплетает сюжет повествования в ахинею собственной фантазии, создав образ мачо-мента, неминуемо посещающего ночные клубы.
…С прошлого убийства (нет-нет, не того, что после завтрака было, а того, которое ещё перед завтраком!) у всей команды остался неприятный осадок – из всех улик на месте преступления оказался только ключ от дверного замка. Все неловко вздыхают, по очереди вертя ключ в руках:
— Неужели “висяк”, Оль?..*
— Да, блин… Точно, наверное, “глухарь”*…,– грустит Оля.
— Ц…
И тут только криминалист-Женька со своей озорной бесшабашностью:
— Галина Петровна!.. А может… Может на экспертизу?..
Все переглянулись.
Может и действительно – взять и отправить проклятый ключ на экспертизу? А вдруг повезёт? Вдруг какая-нибудь зацепка будет?
— Хрен с ним, Жень… Отправляй на экспертизу…
И никто не ожидал!
Никто!
А Женька взял, и рискнул, и вот тебе сюрприз – экспертиза обнаружила на ключе кровь!
И радостный Женька держит ключ в пакетике, всем показывает, сияя. А ключ и действительно весь в густой, как сметана крови!
— Блин… Да он же в натуре в крови…,– Серёга оттирает кровь с рук.
— А ну-ка…,– Оля тоже присмотрелась, и тоже вся испачкалась,– Действительно… Весь в крови,– задумчиво прёт кровь между пальцами, словно ткань ощупывает,– Везунчик ты, Женька!..
— Конечно!..,– Женька смеётся, снимает бейсболку, оставаясь теперь только в бандане,– Я же говорил!.. Аля бегом к шефу!..
И следующая сцена уже в кабинете какого-то шефа.
…Кабинет не имеет стен. Освещение поднесено так, словно ночью в центре крыши небоскрёба стоит стол, а на столе тусклая лампа. И лишь огромная неоновая надпись за спиной. “Фэ… Э… Сэ…” В самом секретном на Земле месте, в самой глубине секретности, у шефа ФЭС, в кабинете за спиной – неоновая креативная надпись – “ФЭС”, если кто не понял до сих пор…
Пока сыскари “алякали бегом до шефа”, они умудрились переодеться, а Женя даже подстригся и сделал тату.
Оля уже в строгом узком костюме с потрясающим декольте, и с бокалом вина в руке. Серёга в смокинге и с тростью.
Но только они вошли, как тут же красным заморгала сирена.
— У-и!.. У-и!.. У-и!.. Группе Рогозиной приступить к выполнению задания!.. У-и!..У-и!.. Повторяю!.. Группе Рогозиной приступить к выполнению очередного сложного задания!.. У-и!..У-и!..
Женька, Оля и Серёга останавливаются, улыбаясь друг другу, и под “Депеш Мод” направляются обратно на выход.
Негодяи не дремлют.
Для команды “След” всегда найдётся работа…

И я такой, короче, даже ни чё писать дальше не буду, а так всё и оставлю. Чё хотите, то и думайте.
Вот чё хотите – то и думайте. Пофиг мне!

___________________________________

висяк, глухарь* — каждый уважающий себя писатель сейчас обязательно пишет о ментах. Все пишут! И Лена Ленина пишет, и Дура Дурина – все до одного считают своим долгом либо про ментов, либо про тюрьму писать. И каждый знаменитый писатель считает, что нужно обязательно пользоваться таким жаргоном, каким разговаривают в полициях. Висяк и глухарь – это нераскрытые преступления. Повисло, глухо… А ещё у этих авторов в каждой серии менты обязательно кричат “стоять!” и “руки в гору, я сказал!”… Тоже нечёшно так… Мордой в асфальт укладывают, ствол в голову тычут, “стоять!” кричат… И обязательно широко расставить ноги при этом. У Женьки классно получается. А майор Серёга хорошо смотрится с сигарой в зубах. Рулит такой рулит одной рукой: “Слушаю, товарищ полковник!..” И сурово голову повернул, и серёжка качнулась… Тоже ни чё так… Брутальненько…

Один комментарий

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Алик Гасанов

Чтобы объяснить, откуда я родом, обычно спрашиваю: фильм "Белое солнце пустыни" помните? Вот я именно из тех краёв. Родился и вырос я на берегу Каспия, в г. Актау (бывший Шевченко). Сочиняю редко, чаще пересказываю реальные истории. В своих повествованиях прежде всего я ценю уважительное отношение к читателю. Просто рассказываю историю, а о чём она - каждый поймёт по своему.

Вход

Войти с помощью: 

Сейчас на сайте

Никого нет on-line