Белая горячка. - Алик Гасанов

Белая горячка.

mini_3… — Бессовестная!, — кричала Валентина Павловна, – Бес-с-совестная вы, Эльвира Рашидовна! Вы думаете, я ни чего не слышу? Да? Ни чего?!. А я всё слышу! Всё слышу! Все-все ваши визги по ночам слышу я! Пятьдесят четыре года женщине, а визжит, как свинья! Бес-совестная!..
Свесив с балкона огромную грудь, красная от крика, соседка сверху кричит уже полчаса, стараясь перекричать Эльвиру Рашидовну, соседку снизу, которая в свою очередь, запрокинув голову, держится за перила и, поджав белые от злости губы, с ненавистью смотрит на обидчицу.— Да, Эльвира Рашидовна! Всё-всё слышу, как вы там со своим Кириллом развлекаетесь! Мальчишке тридцать шесть лет, а вы – взрослая женщина!… И как не стыдно?!.. Бес-совестная!…
— Тридцать девять!.. Тридцать девять будет! Да будет вам известно!, — набрав воздух в лёгкие, перекрикивает её соседка,– А вам-то что?!…
— Бессовестная!,– стараясь выглянуть дальше, Валентина Павловна раскачивает грудь, словно мокрую подушку на бельевой верёвке, — До часу ночи визжите, как свинья!
— Сама вы свинья, Валентина Павловна!, — бесится та, чудовищно кривит лицо, передразнивая: — «…какого цвета стринги купить, какого цвета стринги купить?», – Куда вам стринги?! Куда? С вашей-то фигурой, и в вашем возрасте? Репитузы с начёсом вам!…
— Бессовестная!
— Сама свинья!
… Мой балкон сбоку от балкона Эльвиры Рашидовны. Словно кот возле накрытого стола, мирно пью утреннее пиво. Скрежет в ушах плавно переходит в монотонную пульсацию, сердце бабахает в голове пустой канистрой. Пять минут назад я вышел на балкон, тщетно закрывая уши от их режущего крика, действующих на меня, как выстрелы на лошадь. Вышел в твёрдой намеренности сначала сбить гантелей соседку сверху, а потом повиснуть на руках, и ударом ноги убить другую снизу…
… — А в прошлом году, Эльвира Рашидовна, вы четвёртую подтяжку уже делали! Все знают! Все!..
— Кто “все”?
— Ой, да все! Скоро пупок по шеи дотяните!
— А вы усы выщипываете! Бармалей! Завидует она, посмотрите!..
— Все знают! Все! На кожаный диван уже вашей кожи хватит!
— Бармалей проклятый! “Жиллет” вам на восьмое марта подарю! Лучше для мужчины нет!
— Бес-совестная!
… Концерт продолжается ещё десять минут, но обеим женщинам на балконах неудобно. и они, словно сговорясь, меняют дислокацию. Их крики, усиленные эхом, теперь доносятся из подъезда. Беру пиво и пепельницу, сжимаю зубы, так как знаю: встану – голова попытается лопнуть. Придерживая плечами раскачивающиеся стены коридора, подползаю к входной двери, медленно сажусь в кресло напротив, не разжимая зубов,  усаживаюсь поудобнее.
…– Интеллигентная с виду женщина! Педагог со стажем! Стринги, тит твою мать!… Какие вам на фиг стринги? Видела я ваши стринги! Носорога ловить такими стрингами! Дура старая!
— Не старая! Я на два года вас моложе! И молодых мужиков не спаиваю, чтоб в постель затащить, истеричка!

— Я спаиваю?
— Вы спаиваете!
— Я – спaиваю?!
— Спаиваете, спаиваете! Трезвый он на вас не позарился бы! Парик нацепила, бес-совестная!
— Дура!
— Сама дура!
… Спарринг на тему «сама ты дура» продолжается ещё несколько минут, и я успеваю сбегать к холодильнику. Отточенным движением вылавливаю из кастрюли с остатками супа кусок мяса, наливаю сто грамм ледяной водки, залп, возвращаюсь на место, жуя. Сбиваю ногой бутылку пива, подхватываю её с пола, носком растираю пенистую лужицу по линолеуму, прислушиваюсь:
…– А мне не обидно?, — всхлипывает уже на тон ниже Эльвира Рашидовна, – Кирилл сам приходит, зачем вы так? Вы год как своего похоронили, а я уже восемь лет одна…
— Простите, милочка! Простите дуру старую, — ревёт Валентина Павловна, — простите меня, совсем не соображаю…
— Да не старая вы совсем. Зачем же вы так? Вы ведь на два года меня моложе. Совсем ещё молоденькая вы, интересная женщина. Все мужчины на вас заглядываются. И фигурка у вас хорошая, и личико.
Женщины воют дуэтом, причём верхняя соседка рыдает приглушённо, ввиду того, что её лицо уткнуто в грудь нижней.
— Прости-и-и-ы-ы…
— И ты прости-и меня, моя хоро-ошая…
Убаюканный их завываниями, я опять роняю проклятую бутылку. Она катится, предательски стукает в дверь.
Женщины вмиг замолкают. Медленно поворачивают лица в мою сторону. Эльвира отпускает подругу, и бесшумно подходит к моей двери. Раскрыв огромную пасть, она крепко берёт зубами за алюминиевый диск глазка, наклоняя слегка голову, начинает его выкручивать, словно пассатижами. Глазок вращается, слышен звук скольжения зубов по металлу. Валентина Павловна прыжком по-кошачьи мягко приседает перед дверью и, не мигая, смотрит на меня сквозь замочную скважину. Медленно и с трудом, расширяя железную скобу, протискивает она в скважину палец, ладонь, локоть… Тянет ко мне дрожащую руку, на запястье судорожно пульсируют лоскуты окровавленной содранной кожи…
…Одурев от страха, я пытаюсь оттолкнуться ногами, вместе с креслом отъехать назад, к стене. Носки скользят по полу, ножки кресла режут линолеум. Отбиваюсь от руки бутылкой, бросаю пепельницу в дверь и ору в ужасе…
Напугали, дуры.

4 комментария

Оставить комментарий

Войти с помощью: 

Алик Гасанов

Чтобы объяснить, откуда я родом, обычно спрашиваю: фильм "Белое солнце пустыни" помните? Вот я именно из тех краёв. Родился и вырос я на берегу Каспия, в г. Актау (бывший Шевченко). Сочиняю редко, чаще пересказываю реальные истории. В своих повествованиях прежде всего я ценю уважительное отношение к читателю. Просто рассказываю историю, а о чём она - каждый поймёт по своему.

Вход

Войти с помощью: 

Сейчас на сайте

Никого нет on-line